В. Рыбаков. До сих пор мы говорили о проблемах, которые возникают между родителями или в отношениях к ребенку. А какие сложности приносит невроз самому ребенку?

А. Захаров. Есть нечто общее у всех детей, страдающих неврозами. Это трудности общения, взаимопонимания со сверстниками. То ребенок пытается во что бы то ни стало завоевать признание и дружбу, то отказывается по внешне необъяснимым причинам. То стремится верховодить, не обращая внимания на реальное соотношение сил, то становится зависимым и ведомым, подчиняется любому влиянию, иногда — не самому лучшему. Типичны и такие случаи, когда ребенок тянется к детям более старшего возраста, не сообразуясь с тем, насколько общение с ним может быть им интересным. Нередко он стремится к общению с более младшими, где, кажется, могут реализоваться его возможности и где он может навязывать свое мнение. Но и здесь, в конечном счете, все равно не получает того признания, на которое претендует.

В. Р. Почему же окружающие его не принимают? И почему ребенок с неврозом никак не может найти свое место среди них?

А. 3. Не принимают по простой причине: в его поведении проявляются такие черты, что общаться с ним действительно нелегко. Все оказывается не по нему: и посмотрели на него не так, и внимания не уделили, и не ту роль в игре поручили...

К тому же наш пациент крайне нетерпелив в своих желаниях, иногда чрезмерно настырен, прилипчив, требует безоговорочного внимания к себе. Да и далеко не во все игры может играть! По непонятным (для сверстников) причинам вдруг заартачится, заплачет, откажется от игры. За этим всем скрывается не «дурной характер», а внутренняя эмоциональная неустойчивость, ранимость и неуверенность в себе. Основное же: ребенок с неврозом не может владеть собой, как хотелось бы, не может нравиться сверстникам, что еще более усиливает неуверенность в себе. Встречая неприятие сверстников, еще больше уходит в себя, отказывается от попыток установить взаимные контакты, замыкается в мире своих переживаний и чувств.

В. Р. Но ведь это невозможно! Так или иначе, во дворе, в детском саду, в школе приходится поддерживать такие контакты!

А. 3. Да, можно на время оградить ребенка от трудных контактов со сверстниками. Но это всегда угрожает опасностью, что навык общения окажется несформированным.

В развитии такого навыка есть пора, которую можно назвать основополагающей. Обычно это возраст четырех — восьми лет, когда всем детям присуща отчетливая потребность общаться с себе подобными. Мальчики и девочки не только узнают, кто они такие в представлении других, но и пробуют силы и умения, утверждая себя именно как мальчики и девочки. А что получается при неврозе? Мальчики не могут постоять за себя, они слишком беззащитны и ранимы в любых ситуациях повседневного взаимодействия со сверстниками. Нужно в чем-то настоять на своем или уступить другому, не теряя лица, и в то же время не отталкивать от себя несговорчивостью. А наш пациент как раз этого и не умеет. Он, как мы уже говорили, впадает в крайности: то слишком покладист и уступчив, превращается в своего рода козла отпущения; то пытается во что бы то ни стало отстоять свою позицию, не считаясь с ситуацией игры, и такое упорство может оказаться абсолютно бесперспективным...

На страницу: [1] [2] [3] [4] [5] [6]