При беседе выяснилось, что у мальчика было много идущих из дошкольного возраста страхов. До сих пор он помнит страшный сон в три года: «Баба Яга утопила в реке человека, он пытался выбраться, но водоросли обвивали его, и он утонул. Затем Баба Яга пробралась на дачу и стала угрожать, что съест всех, кого найдет. Я спрятался, а потом подумал, что лучше прямо выйти, и вышел. И тут увидел, что Баба Яга — современная и что в руках у нее — фломастеры. Тогда я, набравшись смелости, попросил их. Но Баба Яга сказала: "Ты эгоист"». На этом сон оборвался, и дальше, по словам мальчика, была какая-то пустота.

Видимо, его ранило, что Баба Яга так обошлась с ним: ведь точно так же обращалась с ним мать, не доверяя его возможностям, угрожая и уничтожая фактически его эмоциональность и душевность, способность к собственному видению мира. А ведь собственный опыт ребенка неповторимо своеобразен и составляет часть разнообразия, имя которому — сама Жизнь. Как и Баба Яга, мать не разрешала ему быть самим собой, играть в игры, в которые играют все дети, рисовать каракули, веселиться и шуметь, быть счастливым и уверенным в себе. И забывала о малом: купить фломастеры, подарить копеечную игрушку, погладить по головке, пожалеть, приласкать. Недаром же мальчик увидел во сне, что кто-то утонул. Утонули его чувства, радость жизни и радость детства.

Не вспомнить ли нам тут еще одну сказку: требуя невозможного, нереального от сына, не оказалась ли сама мать у разбитого корыта?

На страницу: [1] [2] [3] [4] [5]