Когда ребенок плачет, нам становится не по себе, и мы пытаемся во что бы то ни стало прекратить плач, забывая иной раз выяснить причину. Приведем достаточно типичный монолог матери: «Опять плачешь? Да что же это такое! Сказано: не плакать, — значит, надо сдержаться, взять себя в руки. Ведь летчики не плачут. И взрослые тоже. Смотреть тошно. Куда же это годится! Слово не понимает! Вот придет папа, он тебе покажет, а еще лучше, дядя заберет в мешок — и дело с концом, будешь впредь знать, как плакать. А пока встань в угол. Что, прощения просишь, даешь слово, что не будешь плакать? То-то же. И еще скажи спасибо, что я тебя не наказала под горячую руку. Всякое бывает. Могу сорваться. А потом пью валерьянку. Ты что думаешь, у меня железные нервы? Я ведь тоже человек. Вот когда ты плачешь, то думаешь только о себе, а и меня пожалеть надо. Знаешь, когда папа приходит с работы? Да, верно, последний раз ты его видел в воскресенье. Хочешь, чтобы папа погулял с тобой? Подожди, наступят праздники, и тогда он погуляет. Опять плакать! И еще скажи спасибо, что я тебя не наказываю. Слышишь, за стеной кричат истошно: «Прости меня, больше не буду»? А его все равно накажут. И правильно сделают. Зато посмотри, какой он тихий и послушный на улице. Мне б такого. Что, он отнял игрушку? Да не может этого быть. Вечно ты что-нибудь сочиняешь. И представить не можешь, что ему будет, если мать узнает. Тебе не пожелаю. Ну что, перестал плакать? Вот и хорошо. И чтобы не плакать больше, ты ведь мальчик!»

Видим мы, что здесь явно добрая мама, которая не спешит браться за ремень. Но и она не может удержаться, чтобы не прочитать ребенку длинную мораль или для видимости отправить в угол, после которого чувства малыша не станут более приподнятыми, а сам он — более воспитанным.
Не всегда удается выяснить у малыша причину плача, когда он настолько охвачен чувством горя и обиды, раздражения и боли, что не способен даже воспринять смысл обращения к нему. Однако нетерпеливые, тем более требовательные взрослые пытаются тут же получить ответ о причине плача, тормоша ребенка и вводя его в состояние еще большего возбуждения и беспокойства. Возникает замкнутый круг. Не получая ответа, взрослый начинает беспокоиться или раздражаться, а ребенок — больше плакать. Еще хуже действуют окрик и приказ прекратить плакать. К тому же, когда ребенок плачет, не самое подходящее время для выяснения отношений и наказания, даже если он и провинился в чем-то. Здесь всегда существует опасность, что мольбы о помощи останутся без внимания. Раз, другой не будет проявлено жалости и сострадания, и он потеряет веру в доброту и отзывчивость близких, отвернется, а то и ожесточится в глубине души, озлобится, станет недоверчивым и неоткрытым в чувствах. У самых что ни на есть строгих и педантичных родителей дети действительно не плачут, но они часто и не способны на выражение открытых, непосредственных чувств, излишне серьезны, а то и боятся быть самими собой. Вместо смеха — что-то вроде улыбки, и не так- просто разобраться, плачут они или смеются. Зато легко могут огорчаться, волноваться или приходить в раздражение и ярость.

На страницу: [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8]